Главные новости России и мира сегодня

Лето красное пропели…

«Железный конь» пришел на смену крестьянской лошадке. И быстро ускакал домой. Импортный, оказывается, конь-то был…

Крестьянам не хватает сельхозтехники, Минсельхоз внезапно «увидел риски» по модернизации парка тракторов, комбайнов и иных машин. Однако строить новые заводы и восстанавливать старые чиновники не собираются, речь идёт лишь о «параллельном импорте». Практически полностью уничтоженное сельхозмашиностроение нужно возрождать в комплексе со смежными отраслями, но там, как говорится, и конь не валялся.

«В этом году мы видим достаточно серьезные сложности и риски по выполнению наших планов по техмодернизации, которые мы заявляли в конца прошлого года. Ситуация усугубляется тем, что с одной стороны, ряд компаний прекратил поставки сельхозтехники и запчастей на территорию РФ. Это в основном компании, которые представляют недружественные страны.

Второй момент в том, что значительная часть российской техники сегодня занимают иностранные комплектующие и иностранные расходные материалы», — заявил директор департамента растениеводства, механизации, химизации и защиты растений Минсельхоза Роман Некрасов.

«Значительную часть российской техники сегодня занимают иностранные комплектующие и иностранные расходные материалы», — просто шедевральная формулировка, верх чиновничьего пилотажа. В переводе на русский это значит, что своих «расходников» и комплектующих у нас нет.

Да и производить, увы, уже практически негде. Начнём с простейшего — с универсальных тракторов.

Помимо белорусской продукции — прежде всего, МТЗ-80 — на селе всегда трудились липецкие Т-40 и владимирские Т-25, да и без ДТ-75 представить любой колхоз просто невозможно. В Минске и сегодня всё нормально, Батька не только сохранил, но и приумножил советское наследие, завод осваивает новые модели, да и старые тоже не забывает. В Бобруйске на местном заводе тракторных деталей и агрегатов тоже работа кипит, собственно, без продукции этих двух предприятий наше сельское хозяйство давно бы уже встало.

Что у нас? Владимирский тракторный завод в 2019-м накрылся, уже после того, как объявили про «импортозамещение» и «вставание с колен». Самое поганое, что там выпускали не только свои трактора, но и дизельные двигатели для других сельхозмашин, в частности, Д144. Этот же мотор стоит и на многих военных агрегатах, в общем, штука очень нужная.

«Можете не искать Д144 или запчасти к нему, всё, нет больше ничего. Попытайтесь заменить его на другой мотор — вроде, от МТЗ подходит, говорят, может получиться, — но мы точно не знаем», — объясняет специалист одной фирмы по торговле тракторными запчастями.

Продукция из Владимира поступала и в Липецк, на местный тракторный завод. Но и его уже больше практически нет. Ровно, как и Сталинградского тракторного. Его не смогли захватить гитлеровцы, территорию предприятия обороняли сами рабочие не пустили в цеха захватчиков, но «эффективные менеджеры» и прочие довели до ручки.

«Это болезненная тема для большинства волгоградцев старшего поколения. Причин такого краха несколько. Во-первых, завод купили более успешные конкуренты и просто его закрыли, распродав имущество по бросовым ценам. Такой приём вполне распространён в сфере машиностроения, да и любой другой тоже.

Во-вторых, выпуск тракторов ДТ-75, основной марки завода, был экономически невыгоден, а модель, разработанная в 60-х годов, была сильно морально и технологически устаревшей.

В-третьих, что немаловажно, на заводе не было бизнес-лидера, который сумел бы сохранить и развивать предприятие, в отличие от аналогичных отраслевых фирм.

Вывод из истории завода очевиден — «дикий рынок» часто решает судьбу советских гигантов не в пользу последних. Без устойчивого спроса со стороны внешних и внутренних потребителей, модернизации производства, кооперации с отраслевыми лидерами любой такой завод времён планового социализма всегда обречён», — говорит профессор ВолгГТУ, доктор экономических наук Игорь Бельских.

Замены ДТ-75 нет и поныне, а про «моральное устаревание» это не более чем красивые слова. Но главное сказано — легендарный завод уничтожили. А власти этому попустительствовали. Как несложно догадаться, никто не пострадал. В случае с Владимиром и Липецком тоже.

Согласно статистике того же Минсельхоза, уже наблюдается существенное снижение обновления техники (тракторов и комбайнов) — где-то на 20%. По «оптимистичной» статистике чиновников. Но тут надо учитывать, что на складах есть ещё «довоенные» запасы запчастей и «расходников». То есть были, в мае почти всё раскупили. А на селе импортную технику уже вовсю начинают «колхозить» — приспосабливать под отечественные детали.

Где-то это получается, где-то — не очень. Большая часть импортных сельскохозяйственных машин уже напрочь «электронные», оснащенные всякими ненужными, по сути, и слишком сложными приборами. Прежде всего, это касается топливной аппаратуры, да и трансмиссии на ряде машин «умные». Пока вся эта высокотехнологичная красота держится, но вскоре массово посыпется — ресурс намеренно делается небольшим дабы пользователи регулярно покупали у производителя запчасти. Капитализм…

Что предлагают министерские? Ничего хорошего.

«Прежде всего, наша задача — максимально облегчить ввоз сельхозтехники в РФ из-за рубежа. В этой связи мы вышли с инициативой обнуления ввозных пошлин на сельхозтехнику, нас уже поддержали. Мы также понимаем, что к ввозу запчастей необходимо подключать дилерское сообщество. Минсельхоз ожидает от Минпромторга активной реализации программы импортозамещения, прежде всего по расходным материалам и запасным частям», вещает Некрасов.

О восстановлении заводов ни слова, а обнуление ввозных пошлин на сельхозтехнику — это и вовсе странное решение, которое окончательно добьёт те предприятия, которые ещё на плаву.

Не менее легендарный АО «Петербургский тракторный завод», выпускающий «Кировцы» К-700 и его наследников, держится. Аналогично — по Ростсельмашу. Проблем хватает и там, и там, но пока заводы выживают. Крутятся, налаживают это самое импортозамещение. Сами, без помощи чиновников.

«Каждый трактор и каждый комбайн состоят из порядка 20 тысяч деталей, до февраля этого года около 10% этих компонентов шло из-за границы, то есть примерно 2−2,7 тысячи деталей в нашей технике — это импорт.

Примерно с половиной или двумя третями есть проблемы. Мы расширяем не только производство компонентов, но и производство коробок передач, создаем производство гидростатических трансмиссий, других элементов гидравлики. И, конечно, гораздо более активно ведем работу с российскими поставщиками — элементы трехточечной навески, рулевые приводы — то, что раньше покупали в Германии, сейчас покупаем в России», — объясняет совладелец Ростсельмаша Константин Бабкин.

Всё произвести пока в РФ пока невозможно, например, ту же электронику. Да и по ряду чисто механических узлов тоже проблемы. Нужна комплексная стратегия развития всего машиностроения России в целом, та самая реиндустриализация, о которой уже не раз говорили. Но таковая до сих пор не началась и её перспективы более чем туманны. Совершенно очевидно, что чиновникам она не нужна, их и так всё устраивает.

Между тем, перспективы самые мрачные, учитывая крайне ограниченный ресурс импортной сельхозтехники — это советская работала десятилетиями! — уже через год крестьяне неизбежно столкнутся с серьёзными проблемами.

Если по-простому, то пахать будет не на чем. И убирать тоже нечем. Ровно, как и косить сено. То есть продовольственная безопасность России будет поставлена под угрозу. Нужно срочно что-то делать. Причём решать проблему кардинально, на самом высоком уровне.

Источник: «Свободная пресса»

Вам также может понравиться