Главные новости России и мира сегодня

Как власти сокращают количество инвалидов?

На фоне кризиса в России одна категория населения оказалась в состоянии, близком к вымиранию. Это инвалиды. По данным Росстата, их число за последние 8 лет было сокращено на 1,3 миллиона. К 2021 году инвалидов в России должно стать меньше еще на 300 тысяч человек.

Число инвалидов в России сокращается не оттого, что люди выздоравливают. Просто их лишают статуса инвалидов.

Лишение больных людей  инвалидности последние законодательные  акты Минтруда поставили на поток.

Болеть в нашей стране в наше время вообще страшно. Ты рискуешь оказаться за бортом государственной поддержки и нормального материального обеспечения. В отношении инвалидов, похоже, вообще начали действовать законы древней Спарты, евгеника или что-то похожее на естественный отбор.

У Николая Колпакова из Сызрани была установлена 3-я бессрочная группа инвалидности. Диагноз занимает несколько страниц: сахарный диабет, мочекаменная болезнь, пиелонефрит, подагра, заболевание нижних конечностей — так называемая «диабетическая стопа», множество сопутствующих недугов.

Диагноз Николай Колпакова занимает целую страницу.

Для инвалида 3 группы предусмотрено трудоустройство. Считается, что это связано со способностью к социальной жизни. Однако, для инвалидов 3-ей группы существуют ограничения, связанные с их заболеванием. На этом основании работодатель вправе им отказать. Это происходит повсеместно.

«После нескольких операций состояние мужа сильно ухудшилось, — рассказывает «НИ» его жена Таисия Колпакова. — «Из-за обострения сахарного диабета у него начался воспалительный процесс в почках, участились гипертонические кризы. Два года назад после операции на почках ему потребовалась длительная реабилитация. Но нужно было как-то жить, и Николая отправили на биржу труда. Через некоторое время ему предложили работу охранника. Однако, после прохождения медкомиссии работодатель отказал в приеме на работу. Водителем он работать не может, поскольку инсулинозависимый, предложенная должность слесаря-сантехника может обернуться бедой: переохлаждение Николаю противопоказано. Я – инвалид 2-й группы, инвалид детства, у меня тяжелое заболевание сердца. Живем мы на пособия: у меня 10 тысяч рублей в месяц. Иногда на Бирже труда предлагают разовую работу и мы хватаемся за нее. В последний раз я работала в Сызрани курьером. Платили мне примерно 3 500 руб. в месяц за 4 часа работы в день. Иных доходов у нас нет», — рассказывает Таисия Копылова.

За этим скупым рассказом – трагедия выживания семьи из двух людей, которые всеми силами цепляются за жизнь. Пока, по словам Таисии, как-то спасаются тем, что живут «в кредит». Что будет дальше — не известно.

После очередной операции на почках состояние Николая ухудшилось, он долгое время вынужден был жить с трубкой – мочеотводником. Разговора о работе уже быть не могло, и он подал заявление об усилении группы инвалидности – с 3-ей на 2-ую. Написал заявление в Бюро медико-социальной экспертизы №13 в Сызрани, показал все справки о невозможности трудоустройства. По заявлению Н.Колпакова созвали заседание медико-социальной экспертизы для пересмотра группы инвалидности. И тут начался настоящий постановочный спектакль. По словам супруги Николая, недавно перенесшего операцию человека начали просто мучить. «Поставили его на беговую дорожку и говорят: «Беги!». И все прибавляют, прибавляют скорость. Муж говорит: « Я не могу, я после операции к вам пришел!». Николай падает, а они как будто не замечают. После изучения тонны бумаг экспертная комиссия пришла к выводу: «Николай Колпаков – не инвалид». В справке, которую выдали Николаю Колпакову, значилось «Инвалидность не установлена». Таким образом, с Николая Колпакова была снята 3-я бессрочная группа инвалидности и он лишился всех социальных гарантий и пособий.

Заметим, что осмотр и постановка диагноза вообще-то не входят в компетенцию МСЭ. По действующему законодательству, медико-социальная и военно-врачебная экспертизы не предусматривают медицинской деятельности, для них не разрабатываются нормативы (опрос, сбор анамнеза, осмотр, измерение давления и тем более постановка диагноза). Проще говоря, МСЭ не может производить те действия, которые относятся к компетенции врачей. Однако, из предоставленных нашей редакции материалов следует, что специалисты Главного бюро МСЭ по Самарской области и Федерального бюро МСЭ г. Москвы провели, по сути, коррекцию медицинской части диагноза Николая Колпакова и поставили ему новый. Это было сделано людьми без сертификата соответствующего профиля или лицензии. Таким образом, были нарушены правила проведения медико-социальной экспертизы. Но кого это волнует?

« Мы жаловались в Следственный Комитет, писали заявления в Прокуратуру, обращались к депутатам – все бесполезно. Все снова возвращают в главное бюро медико-социальной экспертизы Сызрани, откуда идут одни отписки. Искажены или сокращены диагнозы, поставленные врачами, протокол осмотра написан как будто не про мужа. Группу в итоге так и не дали», — рассказывает Таисия Колпакова.

Парадоксальная ситуация: Николай Колпаков прикован к постели, уже больше 4-х месяцев на больничном, но, по мнению специалистов медико-социальной экспертизы, он абсолютно здоров!

Одиночный пикет Таисии Колпаковой.

Все это толкнуло Таисию Колпакову на отчаянный шаг: она вышла в Сызрани с одиночным пикетом в защиту прав инвалидов у городской администрации. Женщина решила обратиться к губернатору Самарской области Дмитрию Азарову, написала обращение к нему. Но ответом ей была «отписка», в которой, в частности, значилось: « Ваш супруг, Колпаков Николай Станиславович, по вопросам оказания трудоустройства неоднократно обращался в Центр занятости. Ваш супруг был снят с учета в качестве безработного по причине длительной неявки в службу занятости без уважительной причины».

А недавно главный эксперт по медико-социальной экспертизе ГБ МСЭ по Самарской области Минтруда РФ Дмитрий Драч выступил с громким заявлением: « …участились жалобы , в том числе анонимные, о пересмотре групп инвалидности, установленных бессрочно; о взятках в МСЭ, неправомерном получении инвалидности. Так как многие жалобы имеют явно провокационный характер, для их проверки привлечены правоохранительные органы». Так что теперь, судя по всему, инвалидами, прикованными к постели, возмутившимися несправедливостью, будут еще и правоохранительные органы заниматься.

Главный эксперт по медико-социальной экспертизе ГБ МСЭ Самарской области Дмитрий Драч считает жалобы инвалидов "провокационными".

«Мы получаем несколько сот тысяч жалоб от инвалидов за год», — рассказал «НИ» председатель общероссийской общественной организации «Лига защиты пациентов Александр Саверский. – «Неоднократно обращались в правительство и к президенту с предложением передать функции Медико-социальных экспертных комиссий – врачебным комиссиям. Если этот вопрос не будет решен, тысячи инвалидов окажутся на грани жизни и смерти», — считает Александр Саверский.

Все началось с изменения законодательства в этой области. С 1 января 2020 года вступил в силу Приказ Министерства труда и социального развития РФ от 27.07.2019 г. № 585н «О классификациях и критериях, используемых при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы». Он отменил ранее действовавшие законодательные акты в отношении инвалидов.

«Теперь медико-социальные экспертизы, с одной стороны, требуют более точные данные. Состояние человека характеризуют цифровыми показателями. В соответствии с этими цифровыми показателями и устанавливают группу инвалидности. В общем, более жесткие критерии стали. Раньше 3-ю группу давали по трем показателям: наличие стойкого заболевания, нарушение функций жизнедеятельности, необходимость социальной защиты. Сейчас рассчитывают процентные показатели тяжести заболевания. Но проблема в том, что прописывают критерии для группы инвалидности не врачи, которые досконально знают больного, а комиссия медико-социальной экспертизы. Они не привыкли расписывать заболевание подробно и зачастую относятся к инвалидам формально. Это и позволяет в большинстве случаев снижать группу инвалидности. Или не устанавливать ее вовсе», — пояснил «НИ» юрист Общества по защите прав инвалидов «Перспектива» Нгуен Линь.

Благодаря этой системе чудесным образом «выздоровел» и инвалид из Самарской области Эдуард Николаевич Пальгин. У него тяжелое аутоимунное заболевание – «красная волчанка», которое сопровождается поражением других внутренних органов. Ему дали 3-ю группу инвалидности, и он обратился в Центр трудоустройства с твердым намерением начать работать. Однако, везде ему отвечали отказом. «Одни отказывали мне по причине полиневропатии, это судороги. То есть работать удаленно на компьютере я не могу, у меня не получается работать с клавиатурой, потому что руки дрожат. Руками вообще не могу работать. А комиссия медико-социальной экспертизы смотрит на это и говорит : «Мы ничего не видим!». Тогда я попросил для усиления группы инвалидности собрать комплексную комиссию, в которую вошли бы врачи. Но в бюро медико-социальной экспертизы мне заявили: «Идите в суд!». Я обращался в прокуратуру, в Росздравнадзор. В последней инстанции мне посоветовали : «Снимите нам на телефон видео руководителя бюро медико-социальной экспертизы, как он обосновывает вашу группу инвалидности». Я пошел к нему , попросил объяснить под запись его позицию, а тот вызвал охранника и меня пинками вытолкали из здания, телефон чуть не разбили», — рассказал «НИ» инвалид Эдуард Пальгин.

К сожалению, это типичная ситуация. По статистике Минтруда, сегодня в России почти 12 млн человек с инвалидностью. Больше всего в стране инвалидов II группы (порядка 5,2 млн), III группа инвалидности установлена у 4,5 млн человек, I группа — у 1,4 млн человек. Почти 7 млн инвалидов относятся к возрастной группе свыше 60 лет. Почти 2 миллиона входят в группу 51-60 лет, около 1 млн — в группу 41-50 лет. То есть это люди предпенсионного возраста, к тому же с подорванным здоровьем. Стабильную работу на конец 2019 года в России имели только 28,8% инвалидов трудоспособного возраста. Эти люди не нужны ни работодателям, ни государству, которое не может обеспечить их не только нормальными пособиями, но и техническими средствами. При этом Минтруд рапортует в конце 2019 года об « увеличении финансирования на обеспечение инвалидов техническими средствами реабилитации» (это, к примеру, инвалидные коляски, ходунки, протезы и слуховые аппараты). «Если пять лет назад на эти цели бюджетом выделялось порядка 21 млрд рублей, то в 2020-2022 годах — более 35,5 млрд рублей ежегодно», — сообщают в этом ведомстве. Однако, специалисты утверждают, что на самом деле все не так оптимистично. « Технические средства реабилитации – болезненная тема. Медико-социальные комиссии пытаются всеми способами и средствами ограничить количество и ассортимент технических средств для инвалидов», — рассказывает «НИ» юрист организации по защите прав инвалидов «Перспектива» Нгуен Линь.- «Например, инвалиду нужна коляска, но самостоятельно он все же может немного передвигаться. В таких случаях инвалидам вместо коляски часто выдают костыли или ходунки. Кстати, поступает много жалоб на инвалидные коляски: срок эксплуатации у некоторых заявлен на 5 лет, а на самом деле они служат 2-3 года , потом ломаются. Качество технических средств реабилитации — настоящая проблема. Их закупают, исходя из минимальных цен, то есть приобретают самые дешевые из тех, что заявлены поставщиком. Очень часто инвалидам приходится на свои деньги докупать все необходимое. То есть инвалид получает самые дешевые и некачественные средства реабилитации», — рассказывать юрист Нгуен Линь.

Но самое страшное – это уровень жизни многих инвалидов. То, что они получают от государства, часто не хватает просто для элементарного выживания. Как пережить нынешний кризис, многие просто не представляют. Больные, часто недееспособные люди массово оказываются за бортом жизни. На что они живут? «Пенсия по инвалидности 4 600 рублей, все остальное – региональные надбавки для достижения минимального прожиточного минимума. Если человек с инвалидностью 3 группы работает, с него снимают надбавки за инвалидность. Если учесть, что большинству инвалидов постоянно нужны лекарства, а еще рост уровня цен и тарифов на ЖКХ больно бьет по карману, многие оказываются на грани жизни и смерти. И выхода из ситуации, в которой оказалось большинство инвалидов, я не вижу, потому что решение должно быть принято на законодательном уровне. Сегодня получить инвалидность стало невероятно трудно, а повторно подтвердить статус инвалида — тем более. Снятие инвалидности поставлено на поток. Сотни тысяч больных людей искусственно выздоравливают», — заявил «НИ» юрист Общества по защите прав инвалидов «Перспектива» Нгуен Линь.

Все это наводит на невеселые ассоциации. Из истории известно, что в рамках программы уничтожения лиц, считающихся «биологически угрожающими здоровью страны», в Германии в период с 1940 по 1041 год было уничтожено более 70-и тысяч человек с психическими расстройствами, больных, инвалидов, а также детей с неврологическими и соматическими заболеваниями. К 1945 году число убитых превысило 200 тысяч человек… Мы далеки от сравнений, но то, что тысячи инвалидов в России могут просто не пережить нынешний кризис, к сожалению, факт.

«Огромное число жалоб от больных людей, потерявших инвалидность, заставило нас обратиться в правительство. Впервые это произошло еще в 2016 году. Мы предложили перевести низовые МСЭК в ведение Минздрава, и по нашей информации, это предложение было воспринято позитивно. Разумеется, этот вопрос должен быть решен совместно с Министерством труда. Решение должно быть принято коллегиально, и мы надеемся на понимание со стороны нового состава правительства в этом вопросе», — заявил «НИ председатель общероссийской организации «Лига защиты пациентов» Александр Саверский.

А пока все остается без изменений. На инвалидах государство попросту экономит. За этой экономией – тысячи человеческих трагедий. Люди, находящиеся между жизнью и смертью.

 

 

Источник: Новые известия

Вам также может понравиться