Главные новости России и мира сегодня

В Минобороны опять включают «коллективного дурака»

Такое впечатление, что практически по всей стране сотрудники военкоматов и другие представители Минобороны глумятся над родственниками российских военнослужащих, погибших в Сирии. Одним женам отказывают в праве на финансовые выплаты, предусмотренные за ордена, которыми посмертно награждены их мужья. Другим пытаются «секвестировать» какие-то другие компенсации, которые государство выделяет на материальную поддержку семей, лишившихся порой единственного кормильца…

Очередную такую историю с псковской «пропиской» поведал ресурс «Настоящее время». На сей раз вдова погибшего в Сирии контрактника Николая Григорова добивается повышенной пенсии за мужа. Парадокс в том, что ее супруга, погибшего не по пьяной лавочке, а на самой настоящей войне, ветераном боевых действий чиновники считать… отказываются! И объясняют все тем, что рапорт для получения этого статуса Григоров должен был написать собственноручно, да вот не успел…

По словам Натальи, которые приводит «Настоящее время», Николай Григоров редко бывал дома: постоянные сборы, командировки – служба занимала большую часть его жизни. «У него это как болезнь была. ВДВ, армия, президент, правительство – он за все это был. За Россию был. Он считал себя ценным специалистом. Он говорил: если пошлют – я поеду. Это был один из немногих вопросов, который вообще не обсуждался», – вспоминает теперь вдова.

Не обсуждалась и командировка в Сирию. Приказ из Москвы пришел в октябре 2017 года, а 27 ноября Николай туда улетел. Звонил редко. О том, где именно находится и чем занимается, никогда не рассказывал. «Он не ехал туда сам, он ехал как представитель действующей армии Российской Федерации. Он военнослужащий. Его даже никто не спрашивал, хочет он поехать или нет», – приводит свои доводы Наталья Григорова в обоснование того, почему ее погибший супруг и де-факто, и де-юре является ветераном боевых действий. Но ее почему-то никто не слышит…

Накануне трагедии Николай позвонил домой и сказал, что прилетит ближайшим бортом: 17 марта их сыну исполнялось три годика, и он хотел попасть его день рождения. «По новостям я слышала, что самолет упал, но даже не подумала, что там мой муж. Только к вечеру, когда он не отвечал, я начала писать его друзьям, спрашивать. Меня все успокаивали: «Наташа, не переживай». А жена друга сказала, что меня искал командир. Тогда у меня все оборвалось…», – вспоминает супруга Николая.

Он находился в том самом транспортнике Ан-26, который разбился 6 марта 2018 года при заходе на посадку на российской авиабазе Хмеймим. И был одним из 39 погибших…

Николая Григорова, пишет «Настоящее время», похоронили со всеми воинскими почестями, но без лишней огласки. Кладбище оцепили, прессу не пустили, снимать запретили даже родственникам. Потом Наталье очень быстро выплатили страховую компенсацию. При этом находившаяся в стрессе женщина, далекая от юридических вопросов, сначала не слишком вникала в документы, которые подписывала. Только потом обратила внимание, что в извещении о смерти мужа не указано, что погиб он при исполнении служебных обязанностей в Сирии.

Позже она узнала, что такие же вдовы, как она, в других регионах получают дополнительную надбавку к пенсии на погибших мужей, о которой ей никто не сообщил. Наталья написала заявление в военкомат, но ей ответили, что надбавка не положена, так как у мужа нет официального статуса ветерана боевых действий.

Нет его, как выяснилось, только потому, что в воинской части кто-то «позабыл» поставить соответствующую отметку в личном деле перед тем, как отправить его в военкомат. Самое поразительное, что никто за эту безалаберность и бездушие отвечать не собирается. Люди в погонах вместо того, чтобы решить простейший технический вопрос для вдовы и ребенка своего погибшего боевого товарища, включают «коллективного дурака»!

Цена вопроса – около 1000 рублей в месяц. Деньги невеликие, но и они на дороге не валяются. К тому же, для Натальи это вопрос принципиальный. Никакой дополнительной поддержки она не просит – только то, что положено по закону. При этом вдова решила бороться до конца не только за себя, но и за тех, кто в будущем может оказаться на ее месте. «Может быть, после нашего случая что-то упростят, может, законодательство поменяют, – искренне надеется она. – Просто многие люди не обращаются, потому что не знают».

В этой связи вспоминается недавний праведный гнев генерала армии Сергея Шойгу. После массового резонанса в СМИ по поводу бездушия в отношении другой семьи погибшего в Сирии военнослужащего, министр обороны даже пообещал отправлять ответственных за решение подобных вопросов чиновников «туда, где погорячее».

Как видите, ничего не изменилось…

 

Максимилиан Шульц

Вам также может понравиться