Главные новости России и мира сегодня

Почему Минобороны не спешит расплачиваться за старые грехи?

Любая стройка в России – это коррупция. Стройка военная – коррупция вдвойне. Окончательно убедившись в этом, в ноябре 2016 года Путин решил уничтожить очаг этой коррупции – находившееся в ведении Минобороны Федеральное агентство специального строительства (Спецстрой). Примерно через год ведомство Шойгу завершило ликвидацию Спецстроя, а в отношении ряда бывших его руководителей были возбуждены уголовные дела по обвинению в злоупотреблениях и получении взяток. Но железобетонный принцип «нет юридического лица – нет проблемы», в данном случае не сработал. И, по всей видимости, Министерству обороны придется расплачиваться за старые грехи. Однако делать это оно пока не спешит.

Как сообщает РБК, бизнес-омбудсмен Борис Титов обратился к первому заместителю главы военного ведомства Руслану Цаликову из-за «множества неурегулированных невыплат» подрядчикам со стороны предприятий Спецстроя. По подсчетам аппарата Титова, размер непогашенных долгов составляет минимум 34 млрд рублей. Цифра более чем серьезная. И понятно, что «прощать» ее военным никто не станет. Арбитражные суды в 2018–2019 годах постановили взыскать с различных военно-строительных управлений в пользу фирмы «Воздухотехника» более 28 млн рублей, в пользу компании «ЭЗОИС-Юг» — более 97 млн, общая сумма претензий компании «Пери» («дочка» немецкой PERI Group) — 300 млн. И список этот можно продолжить…

Однако деньги подрядчикам не возвращают. А пути погашения задолженности, как подчеркивает в своем письме Борис Титов, даже не озвучиваются. Принимаемые со стороны Главной военной прокуратуры меры также не приводят к погашению задолженности в полном объеме.

Такое впечатление, что в ведомстве Сергея Шойгу решили здесь «играть в долгую». В разговоре с РБК Титов отметил, что Минобороны на словах вроде бы старается содействовать разрешению ситуации. Ведет работу по оптимизации денежных средств предприятий-должников и даже дает поручения о погашении задолженности. «Все в рамках законодательства, но предпринимателям от этого не легче — средства практически не поступают», — констатировал он.

Между тем, крупнейший должник — Главное военно-строительное управление (ГВСУ) № 14 — не выплатил контрагентам 7,8 млрд рублей. За ГВСУ № 12 числится задолженность на 3,33 млрд, за ГВСУ № 7 — 1,72 млрд, за ГВСУ № 8 — 650 млн. В связи с этим бизнес-омбудсмен предложил Цаликову проработать вопрос «в свете озвученных решений об урегулировании задолженности предприятий военно-промышленного комплекса на государственном уровне».

Что это означает, догадаться несложно. Минобороны следом наверняка потребует, чтобы эти 34 миллиарда «нашли» в госбюджете. Или, на худой конец, реструктуризировали долги. Тем более что прецеденты уже на подходе. В декабре прошлого года вице-премьер Юрий Борисов рассказал РБК, что сейчас обсуждается реструктуризация долгов оборонной отрасли на 15 лет с применением пятилетних каникул с пониженной ставкой. Причем, речь идет только о долгах на 300–350 млрд рублей, а остальные 400–450 млрд, по мнению Борисова, надо списывать.

Но если оборонно-промышленному комплексу можно, то почему военно-строительному – нельзя?

РБК напоминает, что Спецстрою до ликвидации принадлежало 19 предприятий (головная организация и 18 ФГУПов — ГВСУ), в которых числились около 37,6 тыс. человек. После реорганизации Минобороны переподчинило себе почти половину ГВСУ, которые продолжили заниматься строительством военных объектов. Остальные предприятия военные передали в ведение других ведомств и госкорпораций.

Пикантность ситуации еще и в том, что в прошлом году Шойгу пролоббировал создание Военно-строительной компании (ВСК), которая фактически станет преемником Спецстроя и единственным претендентом на освоение 1 трлн рублей из бюджета. «Главная задача — вывести военную стройку из коммерческого сектора, чтобы под влиянием каких-то внешних обстоятельств или недобросовестной конкуренции нельзя было обанкротить эту компанию или наложить на нее какие-то обременения», — объяснял РБК смысл этого решения заместитель министра обороны Тимур Иванов. Он отмечал, что создание ВСК позволит избавиться от лишних подрядчиков, доведя объем работ, выполняемых собственными силами министерства, до 60%, а также упростить бюрократические процедуры.

Но если на новой структуре повиснут тяжким грузом эти 34 миллиарда, понятно, что она будет связана по рукам и ногам. Очевидно, этого и пытаются не допустить в Минобороны, демонстративно «включая дурака» в отношении имеющихся задолженностей.

Шойгу и его команде не привыкать перекладывать свои проблемы на кого-то другого…

 

Максимилиан Шульц

Вам также может понравиться