Главные новости России и мира сегодня

Клинические испытания на военнослужащих противоречат закону

Мы уже высказывали сомнения в целесообразности того, что именно военнослужащих отобрали для клинических испытаний вакцины от COVID-19, разработанной военными микробиологами совместно с Национальным исследовательским центром эпидемиологии и микробиологии имени Н.Ф. Гамалеи. Исследования эти, как известно, начались 3 июня на базе 48-го Центрального научно-исследовательского института войск РХБЗ, и вакцину от «короны» первыми приняли на себя 50 «добровольцев» из военного ведомства.

Как принято это нынче в Минобороны, начало исследований сопровождалось безудержным пропагандистским боем. О смелых российских военных, рискнувших своим здоровьем ради интересов человечества, рассказали все федеральные телеканалы, а подано все это было как свершившаяся победа российской медицины.

То есть исследования только начались, а победа… уже в кармане! Причем, и завершиться эксперимент должен в рекордные сроки – уже до конца июля.

Как сообщил в эфире Первого канала начальник Главного военного клинического госпиталя им. Н.Н. Бурденко Евгений Крюков, все отобранные для испытаний военнослужащие подписали так называемое «добровольное информированное согласие». Иными словами, полностью отдали себя в руки экспериментаторов. На иные законодательные аспекты никто не обратил ровно никакого внимания. Однако федеральное законодательство, пишет «Настоящее время», прямо запрещает участие военнослужащих в клинических исследованиях лекарственных препаратов в качестве пациентов!

Клинические испытания «лекарственного препарата для медицинского применения» – к ним относятся и вакцины – в России регулирует закон № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств». В пункте 3 статьи 43 закона перечисляется, кто НЕ МОЖЕТ участвовать в таких испытаниях: дети-сироты, заключенные, сотрудники правоохранительных органов и ВОЕННОСЛУЖАЩИЕ. Исключение законом сделано только для исследований, которые проводятся в условиях военных действий или чрезвычайных ситуаций, а также когда испытывается препарат, специально для таких условий разработанный.

Европейское агентство лекарственных средств, что интересно, придерживается точно таких же правил. И может… правильно! — запретить к лицензированию медицинское средство, при разработке которого не учитывались эти требования. Об этом кто-нибудь подумал?

Адвокат по медицинским делам Юлия Казанцева сказала «Настоящему времени», что видит проблему и в нарушении закона, и в этичности таких испытаний на людях, которые встроены в армейскую иерархию и выполняют приказы.

— Мы понимаем, что о добровольности в армии говорить некорректно, — подчеркивает она. — В соответствии с законом «Об обращении лекарственных средств», военнослужащие не могут быть привлечены к клиническим испытаниям, неважно, контрактники они или срочники. Здесь возникает биоэтический вопрос о том, насколько информированным было согласие, которое они подписывали. Понимают ли они, что заболевание опасно, и что испытание вакцины может повлечь определенные побочные эффекты? Такое возможно, только если будет установлен режим ЧС, но ведь у нас же сейчас не он, а режим повышенной готовности к ЧС – вот так наши власти гибко трактуют законы! Но если Минобороны действует в рамках закона, будучи госструктурой, у нас, получается, уже ЧС? Это непонятно…

Юлия Казанцева затрудняется сказать, выдаст ли Минздрав после этого новой вакцине сертификат.

– Но у нас правоприменение немного отличается от того, что написано в законах, – отмечает она. — Так что, учитывая, сколько сейчас принимается нормативных актов, которые противоречат друг другу, наверняка в них найдут какую-то лазейку.

Адвокат Александр Передрук тоже считает, что это очень странное решение.

— У меня две гипотезы: либо мы чего-то не учитываем, либо Минобороны просто нарушает закон, — рассказал он «Настоящему времени». — Вообще, запрет, который есть в законе, логичен с точки зрения того, чтобы не было принуждения: в армии невозможно отследить, было ли согласие добровольным.

Известный иммунолог Савелий Шитиков считает, что вопросы вызывает не только законность таких клинических исследований, но и заявленные сроки их проведения.

— До конца июля возможно (но очень сложно) провести «клинику». Это почти два месяца – но это все же быстрее, чем хотелось бы в мирное время, – отмечает он. – Технически закон говорит, что любые испытания на военных запрещены. Но если найти добровольцев и полностью объяснить им, что будет происходить, то военные (как бы цинично это ни звучало) оказываются очень удобными подопытными для проведения клинических испытаний. Их питание, здоровье и образ жизни находятся под контролем, их анамнез заранее известен, и можно проверять их самочувствие в любой момент. Но я считаю, что Минобороны в этом вопросе перестаралось, и можно было бы найти других здоровых добровольцев. Но это бы заняло больше времени. И тут надо решать, что важнее – здоровье нации или законность клинических испытаний на добровольцах-военных.

Но важнее, скорей всего, другое – пустить всем пыль в глаза…

Эрик Осипов

 

 

Вам также может понравиться