Главные новости России и мира сегодня

Каждый призывник оказывается в шкуре Шамсутдинова…

Трагедия в Забайкалье, где рядовой Рамиль Шамсутдинов застрелил восьмерых и ранил двоих сослуживцев, продолжает оставаться в центре внимания региональных СМИ. Например, тюменский интернет-ресурс 72.RU сообщает, что после публикации большого материала о том, что случилось с их земляком, в редакцию поступило множество звонков от неравнодушных людей. Мнения их при этом расходятся. Одни считают, что у Шамсутдинова не было выбора, и создают петиции в его защиту, другие же говорят, что он хладнокровный убийца.

Кто-то на фоне произошедшей трагедии решил вспомнить и рассказать, что творилось во время их службы в армии, кто-то беспокоится о своих детях, а кому-то просто захотелось выплеснуть свое негодование… 

72.RU собрал пять таких читательских историй. В первой 27-летний Илья из Тюмени рассказал, как командир взвода заставлял… воровать для него бензин.

«Лейтенант занимался единоборствами, заезжал в воинский автопарк на своей BMW M3. Поначалу он нас не избивал, но потом была совсем лютая ситуация. Мы служили в части с огромными тягачами, а у нашего офицера, видимо, было негласное разрешение на вальяжное поведение (говорили, что у него дедушка и отец — генералы в Москве). Он заставлял нас сливать топливо с тягачей. Тягачи якобы ездили, крановщики работали, но по факту мы мыли ангары, профессии учились 20% времени, а остальные 80% времени конвертировались в канистры, которые по ночам погружались в BMW лейтенанта и увозились из части.

В какой-то момент процедуру слива топлива застал майор нашего дивизиона. Солдат чуть не прикончили, но все понимали — лейтенант их заставил. Его перевели в другой дивизион, но он начал буквально охоту за парнями за то, что они его сдали. 

Я отчетливо помню эпизод, как этот летёха заходит в казарму в боксерских перчатках, идет в штаб к нашему капитану, дверь захлопывается, и мы слышим реально драку. Я ее не видел, но лейтенант физически расправлялся в кабинете с капитаном. Как вам такое?

Солдаты ему мыли машину, воровали топливо, он их унижал, избивал, но деваться нам некуда было. Кому жаловаться? Он же убьет потом.

Я убежден, что Рамиль оказался под жутким давлением. Я не оправдываю убийство, и наказание должно быть понесено, но также должны быть приняты во внимание условия, которые были в части, и показания всех служивших с этими офицерами. Я уверен, руководство части будет оказывать давление на служащих, мало кто сможет дать правдивые показания».

Другой читатель рассказал о схожей ситуации, сложившейся с ним в годы срочной службы.

«В один момент я понял, что у меня нет выбора. Во время караула я открыл огонь по четверым сослуживцам старшего призыва. По ним прицельно не бил, ни в кого не попал, но они испугались сильно. Я просто не знал, что с ними делать. После этого сидел на гауптвахте. Командир бригады после произошедшего разобрался подробно в ситуации и активно боролся с неуставными отношениями в части. Меня не ставили больше в караул. Спустя 25 лет я встретил командира. Был благодарен, что он понял ситуацию и не отправил меня в тюрьму. Рыба гниет с головы. Все происходит при попустительстве командования войсковой части».

Елена из Якутии изложила свою точку зрения:

«Мой сын четвертый месяц служит в Бурятии. Тяжело смотреть на историю с Рамилем. Мой супруг тоже служил в Чите и говорил, что, не дай бог, его сын поедет туда служить. Как мы видим, ничего с тех пор не изменилось. Это никому не нужный край, и людям там тяжело.

Сын говорит, что у них такого в части нет, но я все равно боюсь за него теперь. Бог видит, кто прав в этой ситуации с Рамилем. Но, надеюсь, и президент заметит, а то у него на уме другие более важные проблемы — Украина, Донбасс, Сирия, а не свои солдаты».

59-летний Вадим из Красноярска и вовсе считает, что Рамиль Шамсутдинов прав в этой ситуации.

«Через этот беспредел прошел и мой сын. Он шел в армию высокий, спортивный, рвался туда, а потом мнение поменял. А я его всегда воспитывал, как патриота. Если в мои годы службы, в 1978–1980-м, у нас была дедовщина, то сейчас это уголовщина. В тюрьму легче ребенка отдать, чем в армию. К счастью, мой выжил там. Когда служил, говорил, что боится сесть в тюрьму, так как может не выдержать и что-то сделать там. У них в части даже смотрящие были, как на зоне.

Когда на присягу ездил к нему, то нам тоже командир части и замполит рассказывали, что все у них под видеонаблюдением, но что в итоге? Армия — это отражение нашего общества. Когда туда попадают простые пацаны с образованием, как мой сын, то им есть, что терять, а приходится выживать среди этих ублюдков». 

Мурат из Дагестана задает резонный вопрос: что сделал бы министр обороны Шойгу в такой ситуации?

«Мой сын призывался из Махачкалы, служил в 2015 году, и его там чуть не посадили. Он ударил на плацу в грудь контрактника, который его стукнул до этого. Хотели посадить, но я разобрался в ситуации с командиром. Потом уже сын рассказал, что у них там и деньги вымогали, и дедовщина была, и били офицеры солдат. Почему замполит части и командиры Рамиля Шамсутдинова не отвечают за то, что у них произошло? 

Я из Дагестана, и не только у нас ценится честь и достоинство мужчины. Клянусь, я бы сам пристрелил всех там. Что бы Шойгу делал, если бы сам оказался в такой ситуации?»

Обращаясь к своим читателям, 72.RU пишет, что если у них есть важная информация по ситуации с массовым расстрелом солдат под Читой или о происходящем в воинских частях, то они могут сообщить об этом по телефону 8-922-479-00-81 (написать в Viber, WhatsApp или Telegram), написать в группу в соцсетях или на почту (анонимность при этом гарантируется).

А вот гарантировать, что из Российской армии вернешься живым и здоровым, видимо, не может сегодня никто…

 

Максимилиан Шульц

Вам также может понравиться